Запад определился со «своим» кандидатом на выборах президента Ирана
Состоявшийся стратегический союз России, Китая, КНДР и Ирана — страшный сон для США, сулящий крах всего их «порядка, основанного на правилах». Поэтому Вашингтон пойдёт на всё вплоть до большой войны, лишь бы разбить эту геополитическую связку. И уж конечно, не остановится перед такой привычной для себя «мелочью», как внутренняя дестабилизация в каждой из стран евразийской четвёрки.
Именно поэтому аналитические центры США уделяют сейчас особое внимание выборам президента Ирана. Они видят в них уникальную возможность выбить звено из враждебной для себя оси — многомерный, насыщенный противоречиями Иран.
Со «своим» кандидатом на выборах иранского президента Запад уже определился. Это Масуд Пезешкиан, в 2001—2005 гг. занимавший пост министра здравоохранения в правительстве Мохаммада Хатами. Как подчёркивает Foreign Policy, именно этот кандидат пользуется наибольшей популярностью в Иране, причём его 25% поддержки неуклонно — во всяком случае, по мнению Запада — растут.
Примечательно, что советником по внешней политике Пезешкиана является Мохаммад Зариф, о прозападной ориентации которого подробно говорилось в нашем иранском обзоре, вышедшем сразу после гибели Ибрахима Раиси.
Присутствие Зарифа в избирательной кампании Пезешкиана заметно: он часто появляется на рекламных мероприятиях. Группа реформистов, выступающих за выход Ирана из евразийского альянса и поворот в сторону США, видит в Пезешкиане свою главную надежду. Влияние этой группы достигло пика в 2015 году, когда вопреки интересам Ирана была подписана «ядерная сделка», но с тех пор серьёзно снизилось. После победы Раиси на президентских выборах 2021 года реформисты были почти полностью отстранены от власти — и теперь жаждут реванша.
В пользу Пезешкиана может сработать сильное подспудное общественное недовольство в Иране. Это недовольство при помощи своих спецслужб Запад активно пытался использовать против действующей власти Ирана в 2017, 2018 и 2019 годах. На президентских выборах в 2021 году явка была минимальной — 48%, а погибший в авиакатастрофе Раиси набрал всего 62% голосов. В 2022 и 2023 годах, когда поводом для протестов стала смерть Махсы Амини в полицейском участке, объектом критики стал даже не Раиси, а сам аятолла Хаменеи.
Конечно, победа Пезешкиана не предопределена. Сам факт его допуска на выборы говорит о достаточной уверенности властей Ирана в своих силах. Консервативный лагерь тоже концентрируется, насколько может. Так, кандидат от консерваторов Алиреза Закани отказался от участия в выборах в пользу других консервативных политиков, Джалили и Галибафа, призвав их к коалиции, лишь бы Пезешкиан не победил. Однако послушают ли его — вопрос открытый. Согласно заявлению глав штабов Галибафа и Джалили, ни один из них не откажется от участия в выборах в пользу другого. Тем самым задача Пезешкиана и стоящих за ним сил упрощается.
Уже понятно, что ставка Запада в Иране делается не на победу «своего» кандидата, а на внутренние протесты по итогам выборов. Которые, даже если не снесут руководство — под ним понимается не светская власть, а аятолла Хаменеи, — то в любом случае ослабят Иран. И вынудят его искать компромиссы с Западом, «пересобирая» структуру общества и внешней политики с учётом актуального баланса сил.
Пока по опросам ни один из кандидатов не набирает 50% голосов, а значит выборы перейдут во второй этап. Что, как известно, является базой для «майданов» разного вида. В Иране эту перспективу тоже понимают. 21 июня во время самых массовых молитв влиятельные имамы предупредили граждан о попытках мятежа после выборов, призвав в них не участвовать, а вместо этого — поддержать тех кандидатов, которые следуют общегосударственному курсу.
Но в любом случае, в ближайшее время мы увидим на улицах иранских городов разгневанные толпы женщин и молодёжи. Вопрос в том, как долго смогут организаторы беспорядков поддерживать их финансово и организационно, и как быстро справится с этим власть. Так что, главная битва за Иран — ещё впереди.
Об этом пишет телеграм-канал Елены Паниной (Елена Панина — директор Института международных политических и экономических стратегий РУССТРАТ)