Русь-Фронт

Опрос

Как Вы относитесь к прошедшему на Крите в июне 2016 года Всеправославному собору?


Отрицательно
Не согласен с его решениями и документами
Не считаю этот собор собором всей Православной Церкви
Не знаю о таком соборе

[voteresult]

Результаты опроса

Как Вы относитесь к прошедшему на Крите в июне 2016 года Всеправославному собору?


Отрицательно
Не согласен с его решениями и документами
Не считаю этот собор собором всей Православной Церкви
Не знаю о таком соборе

Всего проголосовало: {votes}
[/voteresult]
(3-11-2011, 00:15)

ВОЕННЫЕ ИСТИНЫ

Русь-фронт информационно-православный вестникАфганская эпопея спецназа ГРУ. Клементьев взялся за дело круто. В первый же день пребывания в батальоне собрал своих заместителей и пошел с ними по территории знакомиться с бытом личного состава. Заглянул в палатку каждого взвода, каждое отделение посмотрел. Солдаты пожаловались, что купить ничего нельзя.

– А почему магазина нет? – спросил он заместителя по тылу.

– Негде разместить.

– Вот здесь постройте! – Клементьев ткнул пальцем между казармами. – А этот барак почему пустует?

– Оборудуем офицерское общежитие.

– Так почему не доделываете?

Тыловик замялся:

– Людей не дают.

– Это не разговор. Сколько человек вам конкретно надо? Сколько времени понадобится, чтобы довести его до ума? Что вам еще нужно, чтобы обои поклеить?

Выяснилось, что не так уж и много нужно для завершения ремонта: десять человек на три дня работы.

– Возьмите людей из первой роты, и через три дня приглашайте меня на новоселье, – решительно сказал комбат. – А это что за монумент? – показал он на недостроенное здание из красного кирпича.

– Соорудили баню, – пояснил тыловик, – да вот инженер-строитель запретил ее эксплуатировать: один угол попал в санитарную зону артезианской скважины.

Клементьев обошел здание, промерил шагами расстояние от скважины до сточной трубы бани и недовольно проговорил:

– Фигня какая-то получается: такую баню отгрохали, а людей в палатке моете. Это разве дело? Строить – и весь мой сказ.

Вперед выступил худощавый, мальчишеского вида инженер, решительно запротестовал:

– Баню нельзя эксплуатировать. Стоки могут попасть в питьевую воду. Вода будет заражена!

– Серьезно? – ухмыльнулся комбат. – Ты сколько тут?

– Второй месяц.

– А я – второй год. И ты что, учить меня собрался? Строить и все! Это мой приказ.

– Вы будете за это отвечать! – в запальчивости выкрикнул инженер. – Я этого так не оставлю.

– Дорогой мой, – уже примирительным тоном добавил Клементьев, – я теперь здесь за все отвечаю и за тебя в том числе. Поэтому прошу меня не пугать. Я не из пугливых.

«В хозяйских делах ты смел и решителен, – подумал о комбате Григорий. – Посмотрим, как ты воевать будешь. Как бы со своей железной хваткой дров не наломал!» Клементьев, словно услышал его мысли, решительно сказал:

– Начальник штаба, план боевых действий на следующую неделю – мне на стол.

Григорий недоуменно пожал плечами:

– Мы делаем только месячные планы…

– Зачем так много разговоров? – оборвал его Клементьев. – Зайди в секретку, склей карту зоны ответственности батальона, и я покажу, как это делается.

Через час Боков зашел к нему со склейкой карт. Комбат посмотрел, одобрил:

– Уже хорошо. Но почему не оформил? Неси тушь, перья, будем рисовать.

Последние склейки он красивым ровным почерком начертал: «План боевых действий». Чувствовалось, что рука у комбата на эти дела поставлена. Григорий даже по-доброму позавидовал его умению. Сам он писал коряво и для этих целей подбирал солдата.

Покончив с оформлением, Клементьев сказал:

– А теперь давай сведения по душманам, нанесем тактическую обстановку. Где особенно банды активничают?

– Вот тут, южнее кишлака Шпола, – Григорий очертил на карте кружок, – и севернее Джелалабада, в районе кишлака Чамшаи-Масти.

– Значит, планируйте туда и туда по одной роте. В Чамшаи-Масти – на броне, а первая рота полетит на вертолетах.

– Да вы что? – удивился Григорий. – Южнее Шполы мы никогда не посылали! Если бы я такое предложил Зубову – он бы принял меня за сумасшедшего.

– А что там с этой ротой сделается? Пройдут. Давай, я сам с первой ротой слетаю.

Несмотря на внешнее простодушие, Клементьев оказался гораздо смелее Зубова. Он уже год воевал по-настоящему в десантно-штурмовом батальоне и познал многие истины.

– Есть простые законы войны, – сказал он. – Надо уметь внезапно сосредоточить побольше сил на конкретном участке и ударить. Там, где трудно справиться отделению или взводу, нормально – роте и хорошо батальону.

– Но это не спецназовская тактика, – возразил Григорий. – Мы должны действовать скрытно, без шума.

– Но шуметь все равно приходится, и каждый человек, собирающийся воевать в Афгане, должен помнить: чтобы бить «духов» – надо иметь преимущество в силе. А наша сила – в умелых коллективных действиях. Это только в американском кино Рэмбо в одиночку всех бьет и крушит. А мы в одиночку не воюем. Взвод или разведгруппа может действовать успешно до тех пор, пока она не засветилась. Допустим, на нее напоролась машина или караван. Как только она его разнесла – начинает работать счетчик возмездия. В зависимости от местности, есть ли у мятежников машины или нет, как они сплочены и обучены, определяется время, которое им необходимо, чтобы сосредоточить силы и нанести ответный удар. В одном случае на это требуется тридцать минут, в других – час, два, три. Все это надо знать и помнить, чтобы точно определить момент, когда мы из осаждающих превратимся в осажденных и, сообразуясь со сменой ролей, соответственно действовать. Вот и вся премудрость! Даже каждая дворовая шпана знает, что впятером бить одного легче, чем одному кидаться на пятерых. Так что все просто: успеем унести ноги раньше, чем нас начнут обкладывать большими силами, будем победителями.

Климентьев улыбнулся своей приятной улыбкой, и то ли от этой улыбки, то ли от доходчивости объяснения в голове Григория все прояснилось. В его сознании произошла перемена. Он хорошо выучил наставления спецназа. Но в них все сводилось к разведке. А в Афганистане эту развединформацию самим нужно было реализовывать. И это меняло дело. В Великую Отечественную любой командир партизанского отряда знал это. Но опыт партизанской войны уже забыли, посчитав его неприемлемым для регулярных воинских частей.

– Ну что, спецназовец, – сказал Клементьев, – теперь понял, что танковая пушка лучше, чем нож разведчика. У тебя может быть даже пояс каратиста, а у меня большое брюхо, но в руках автомат. И как бы ты высоко ни прыгал – я тебя пристрелю, правильно? Я знаю, вас учили другому. Никто не думал, не гадал, что спецназ может применять боевые машины пехоты, танки, авиацию. У вас все должно быть тихо, безшумно. А жизнь показала, что на все, чему учили – наплевать и забыть, и нужно заново постигать азбуку боя.

Клементьев преподал и практический урок. Он удивил Григория тем, что средь бела дня высадил из вертолетов первую роту прямо в мятежную кишлачную зону, и она пошла по «зеленке» досматривать дувалы. Нашли оружие, несколько мин и даже захватили небольшой караванчик. Все вернулись живыми и невредимыми.

С приходом нового комбата сдвинулось с мертвой точки то, что стояло в «безнадеге». Как он потребовал, за три дня закончили общежитие, за неделю достроили баню с парилкой и бассейном. Отношения между людьми стали дружелюбнее, открытие, что ли. И боевая жизнь батальона пошла удачливее. Почти все офицеры ходили с разведгруппами в засады на караваны, иногда возвращались с богатыми трофеями. Только Боков сидел безвылазно в штабе, день и ночь копаясь в бумагах. Клеймо неудачника, которое поставил на нем прежний комбат, проступало на нем каждый раз, когда заходила речь о боевом выходе, сделало его «невыездным». Он вроде бы даже смирился с такой участью и не рвался в бой. Но комбат решил иначе. Как-то, подписывая документы на выход группы Щебнева, он спросил:

– А ты, Григорий, случаем, не засиделся в штабе? Куда думаешь махнуть?

– Даже и не знаю, – смутился тот. – Зубов поставил крест на моей боевой биографии.

– Ты это брось! Все у тебя нормально, – обнадежил комбат. – Давай, планируй и себя на боевой выход. Нечего в штабе штаны протирать.

– А на свободную охоту можно? – с надеждой спросил Григорий.

– Не только можно, а даже нужно. Ты же начальник штаба, обязан знать местность зоны ответственности батальона как свои пять пальцев. Завтра вылетает взвод Щебнева. Будешь старшим.

«Свободной охотой» спецназовцы называли воздушную разведку. Утром и вечером, когда не так жарко, в воздух поднималась пара вертолетов. Она барражировала над зоной ответственности батальона в поисках караванов, пока хватало заправки. Конечно, можно было напороться на огонь дэшэка, но разведчики уже привыкли к опасностям. К тому же летать проще, чем лазать по горам.

Рано утром разведгруппа Щебнева прибыла на аэродром, погрузилась, и пара МИ-восьмых поднялась в воздух. Боков подсел к летчикам, чтобы лучше видеть все, что происходит внизу.

– Куда полетим? – спросил его капитан Пырин.

– Давай сначала на север, к Митерламу, а потом на юг, к границе.

С набором высоты Григорий чувствовал, как в его груди поднимается волнение первооткрывателя. Вместо рыжей карты, над которой постоянно корпел, он видел реальную местность. Коричневатые разводья бумажных высот превращались в горные вершины с неприступными скалами, увенчанными снежными шапками, хотя в долинах была изнурительная жара. Он напоминал моряка, который долго бороздил просторы океана, но ни разу не заглядывал в его пучину. И вдруг увидел подводный мир, в котором своя жизнь: гуляют среди длинных водорослей рыбные косяки, а вот вдали пронеслась враждебная акула, не опасная на корабле, и тревожнее забилось сердце. Когда сидел в штабе и рисовал карты, подобных ощущений испытать не мог.

– Смотри, смотри, караван! – предупредил он Пырина, тыча пальцем в направлении подножия горы.

– Я его вижу. Это мирный, – опытным глазом определил летчик.

– Все равно, давай сядем, досмотрим пару вьюков, – настаивал Григорий.

– Давай сядем, – нехотя согласился Николай и направил вертолет к каравану. – Но только зря время потеряем.

Караван был огромный. Вереница верблюдов, мулов растянулась на пару километров. Очередь из пулемета перечертила путь перед караванбаши. Это был условный знак: «Остановиться, приготовиться к досмотру!».

Пырин оказался прав – это было племя кочевников. Под любопытные взгляды ребятишек, женщин и стариков разведчики выборочно проверили несколько вьюков, но ничего подозрительного не обнаружили. Только нехитрые пожитки, необходимые для существования в суровых условиях гор.

Минут через сорок пара вертолетов вновь поднялась в воздух и взяла курс на юг. С высоты двух километров летчик первым заметил небольшой караван из пяти верблюдов и, не дожидаясь команды, резко начал снижать машину. После предупредительной очереди охрана каравана кинулась к зарослям кустарника. Сомнений не было: это душманы. С вертолетов к каравану потянулись смертоносные трассы. Но сесть рядом они не могли и приземлились несколько выше, на небольшой площадке. Досмотровой группе нужно было пройти метров двести по абсолютно голому склону, и Щебнев недовольно спросил:Русь-фронт информационно-православный вестник

– Товарищ капитан, а если нас «духи» посередине прижмут, что тогда?

– Если прижмут – будем отстреливаться, – не раздумывая ответил Григорий. – Побежали вместе!

Он кинулся вниз, ожидая очереди из «зеленки». Ощущение было такое, словно он бежит босиком по раскаленному железу.

Во вьюках душманы везли урюк и лекарства. Из оружия нашли только пять автоматов убитых охранников. Внимание Григория привлек рюкзак. В нем был спальный мешок, фотоаппарат и документы члена общества путешественников из Сиднея. Почему этот австралиец забрался в афганскую глушь и прячется от законных властей – догадаться было нетрудно. Скорее всего, он был советником командира бандформирования. Но лезть за ним в кусты Григорий не решился: все равно так просто советника не отдадут, а жертвовать ради него жизнями своих людей он не хотел. Так и вернулись в батальон с небогатыми трофеями. Но Клементьев был доволен и таким результатом:

– Вот видишь, караванчик взял, – сказал он, крепко пожимая руку Григорию. – Поздравляю! Позвони в разведотдел, доложи.

Трубку телефона ЗАС взял подполковник Павлов. Выслушав доклад, сказал:

– Я повторю, что записал: вьючных животных уничтожили пятнадцать…

– Да нет, всего пять, – уточнил Боков.

– Плохо тебя слышу! – повысил голос Павлов, хотя слышимость была идеальной. – Пятнадцать, да, пятнадцать?

Григорий понял, что с армейских высот его успехи показались совсем мизерными и Павлов умножает их. Скрепя сердце подтвердил:

– Да.

– Молодец! – одобрил тот его сговорчивость. – Автоматов захвачено пятнадцать. Пять мятежников убито. Ну, вот и ты, наконец, развоевался.

Несмотря на тяжелый осадок, который оставил этот разговор, настроение у Бокова было приподнятое. Наконец-то ему повезло. Пусть и небольшой караван попался, но взяли его без потерь со своей стороны, и этим исходом он гордился больше, чем добытыми трофеями.

Николай Кикешев «Встань и иди. Афганская эпопея спецназа ГРУ».

[group=5]
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

[/group]
Другие новости по теме:

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Жидкие чипы, вышки 5G и печать антихриста: взгляд священника-физикаДо того, как стать священником, я закончил факультет экспериментальной и теоретической физики в Московском инженерно-физическом институте, поэтому попробую объяснить, в чем суть истории с жидкими чипами и вышками 5G сначала с технической, а потом с духовной точки зрения. Начну с первой хорошей новости: жидкий чип — термин, неточно отражающий суть технологии, о которой ведутся разговоры. 

Чем грозит «вторая волна»?На сайте «Октагон» появилась информация о том, что мэр Москвы Сергей Собянин поручил всем городским структурам готовиться ко второй волне коронавируса, а значит, все недавно отмененные в столице антиконституционные ограничения совсем скоро – уже с 20 сентября – снова вступят в силу, причем, возможно, в более жестком варианте. В столице будет возвращен режим электронных пропусков, самоизоляции населения...

О чем говорят весенние холода и дождливое лето 2020-го?В настоящее время так называемые экономические засухи и политические наводнения, уже практически ставшие неотъемлемой частью прогнозов погоды, мало у кого вызывают удивление. Климат становится областью экономики и национальной безопасности, а климатические виды вооружений – наиболее охраняемой государственной тайной. Наверно, многие обратили внимание на то, что 2019 год и первая половина 2020-го стали временем температурных рекордов. Помните? 

Нас загоняют в электронный концлагерь. Что делать?Сегодня не только православные верующие, но и многие вдумчивые светские люди всерьез озабочены ускоренными темпами построения электронного концлагеря в России. Экономисты, журналисты, артисты, кинорежиссеры, а также люди иных профессий дружно восстали против цифровизации, которую правительство навязывает нам под предлогом «борьбы с пандемией». Однако мнение избирателей слуги народа полностью проигнорировали...

Календарь

«    Июль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 

Июль 2020 (45)
Июнь 2020 (130)
Май 2020 (132)
Апрель 2020 (149)
Март 2020 (143)
Февраль 2020 (74)
[not-group=5]

Приветствуем Вас, 


Выйти из аккаунта


  [/not-group] [group=5]
Вы не зарегистрированы! 
Зарегистрируйтесь, либо войдите под своим именем!

логин:
пароль:
Войти

Забыли пароль?
восстановить пароль!
[/group]

Важные события

Одной из отличительных особенностей ХХ века являлась царившая в мире гонка вооружений. Она привела к двум мировым войнам, а затем продолжалась в условиях холодной войны. Гонка ведущих стран мира продолжается и сегодня, но ее акценты смещаются. Сегодня ставка делается не столько на наращивание мощи в виде обычных вооружений и оружия массового поражения, сколько на информационно-компьютерные технологии. Или, проще говоря, на «цифровизацию» всех сторон жизни человека и общества — финансов, экономики, государственного управления, образования, военного дела, быта человека и т. п. Информационно-компьютерные, или цифровые технологии правящими кругами ведущих стран мира рассматриваются как универсальная «палочка-выручалочка», с помощью которой можно контролировать население своих странОдной из отличительных особенностей ХХ века являлась царившая в мире гонка вооружений. Она привела к двум мировым войнам, а затем продолжалась в условиях холодной войны. Гонка ведущих стран мира продолжается и сегодня, но ее акценты смещаются. Сегодня ставка делается не столько на наращивание мощи в виде обычных вооружений и оружия массового поражения, сколько на информационно-компьютерные технологии. Или, проще говоря, на «цифровизацию» всех сторон жизни человека и общества — финансов, экономики, государственного управления, образования, военного дела, быта человека и т. п. Информационно-компьютерные, или цифровые технологии правящими кругами ведущих стран мира рассматриваются как универсальная «палочка-выручалочка»...

Старец Симеон (Ларин) о нашем времениПо плану у них все идет, что должно быть. <…> Сейчас их уже не остановишь никакими путями. В их плане что? Как можно быстрее опутать христиан. Они уже как будто и законы установили, кстати, паспорта новые обязательны для всех, понимаете? А этот паспорт уже, считай, в его [антихриста] государство переход. От него идет. К нему уже приписываются. Потом карточки, карточки москвича, это уже, считай, – все. Ни шагу не шагнешь без их ведома. В общем, становишься как лошадь под управлением хозяина, так и человек будет – то же самое. Своими мозгами уже работать не будешь.

Насколько решен вопрос о чипировании?Россия вплотную подошла к черте, за которой начнется чипирование населения. На первом этапе оно будет добровольным, а дальше – как получится, – с такими утверждениями мы столкнулись в публикации Михаила Мельникова «Чипирование – вопрос решенный: начнут с москвичей». Насколько верно это утверждение, волнующее, наверно, каждого человека, взялись разобраться наши журналисты. Итак, 16 июня глава Совета по правам человека Валерий Фадеев, комментируя перспективы чипизации населения, заявил, что остановить прогресс невозможно, можно лишь снять «сопутствующие риски». Так неужели россиян будут чипировать?

© Русь-Фронт
Православие в России